Член Всесоюзного и Московского

координационных советов

общества "ЕДИНСТВО",

канд. филос. наук

Т.ХАБАРОВА

Ленинград, 21 апреля 1990г.

 

В президиум Инициативного съезда

коммунистов России

от группы делегатов съезда,

являющихся членами

Всесоюзного общества "ЕДИНСТВО

(За ленинизм и коммунистические идеалы)"

 

ПРЕДЛОЖЕНИЯ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ КОНЦЕПЦИИ РКП

И ПО ПРЕДОТВРАЩЕНИЮ

НАДВИГАЮЩЕЙСЯ "РЫНОЧНОЙ" КАТАСТРОФЫ

В ЭКОНОМИКЕ СТРАНЫ

 

 

СЧИТАЕМ НЕОБХОДИМЫМ, чтобы была взята на вооружение и отражена в Программе РКП разработанная идеологическим сектором "Единства" концеп-ция конкретно-исторической обусловленности рыночных, товарно-денежных отношений (теория "социалистической модификации стоимости").

Согласно этому подходу, каждой исторически определённой форме собственности на средства производства соответствует также исторически определённый механизм присвоения господствующим классом совокупного прибавочного продукта,– а этот механизм присвоения и есть рыночный, товарно-денежный механизм.

Отсюда вытекает, что социалистическая государственная собственность на средства производства должна работать "в паре" со своим, специфически ей присущим типом "рынка" и что нахождение конкретно-исторической модификации "рынка" (или модификации отношения стоимости), объективно присущей социализму, именно и является главной, ключевой экономической задачей социалистического строительства.

Действие рыночных отношений,– говоря вкратце,– сводится к тому, что они "отцеживают" из экономической жизнедеятельности общества стоимость совокупного прибавочного продукта и как бы "осаждают" её на том производственном факторе, который является основным объектом собственности экономически господствующего класса.

Так, в буржуазном обществе прибавочная стоимость "оседает" на стоимости,– в основном,– капитализированных материально-технических средств в форме прибыли на капитал. Для капиталистического рынка,– таким образом,– характерными признаками являются:

капитал как доходообазующий фактор;

превращение рабочей силы в товар и использование её в зависимости от того, насколько она нужна капиталу, но не в зависимости от потребностей её собственного развития,– т.е., наличие в обществе безработицы;

наличие свободной купли-продажи средств производства и любых других поддающихся капитализации средств.

При социализме для представителей экономически господствующего класса решающим является их право на труд и на присвоение совокупного общественного продукта через участие в ассоциированном общественном труде. Только для этого,– т.е. для обеспечения каждому права на труд,– и совершается огосударствление средств производства; оно отнюдь не выступает для социалистического общества как самоцель.

Отсюда специфические признаки социалистического рынка:

доходообразующим фактором становится не капитал, а живой труд;

рабочая сила теряет товарный характер, полностью ликвидируется безработица, применение живого труда определяется в первую очередь не потребностью в нём, а его внутренними потребностями во всестороннем развитии и достижении всё более высокого уровня материального и культурного благосо-стояния;

фактически теряют товарный характер и средства производства, ибо, будучи общей собственностью государства, они не могут при их кругообороте менять собственника, а могут лишь передаваться от одного социалистического фондодержателя к другому;

товарами как таковыми (реально меняющими собственника) продолжают оставаться лишь средства воспроизводства живого труда, или предметы народного потребления.

Поскольку сам по себе живой труд стоимости не имеет, а его стоимостными, товарными "заместителями" являются средства его воспроизводства, то в правильно построенной социалистической системе ценообразования

почти вся доходообразующая нагрузка должна быть отнесена на цены товаров народного потребления;

цены на продукцию производственно-технического назначения должны держаться как можно ближе к себестоимости;

должна действовать "сквозная", общегосударственная установка на последовательное снижение себестоимости промышленной продукции, а значит, и цен на неё;

снижение себестоимости и цен по всей общественно-технологической цепочке должно результировать в снижение себестоимости конечного продукта– потребительских товаров и создавать возможность регулярного снижения розничных цен.

Доходообразующая компонента в розничных ценах частично принимает вид централизованного чистого дохода государства (неверно именуемого "налогом с оборота") и направляется в бюджет, частично же передаётся трудящимся в виде регулярного снижения потребительского ценового уровня.

"Лаг" регулярного (допустим, ежегодного) снижения уровня розничных цен выступает в этой системе как критерий народнохозяйственной эффективности, в чём выражается полное и притом именно   экономическое  "замыкание" системы на потребителя.

Локальным критерием эффективности должно служить снижение себестоимости продукции, но не просто "у себя", а у получателя данной продукции ("у соседа справа"),– т.е., экономия затрат у потребителя, возникающая благодаря высококачественной работе поставщика.

Систематическое понижение основных потребительских цен, сопровождаемое увеличением ассортимента и улучшением качества предлагаемых к продаже товаров, является в рамках "социалистического рынка" главным каналом и рычагом подъёма материального и культурного благосостояния трудящихся.

Сравнительно небольшая часть стоимости прибавочного продукта (порядка нескольких процентов к себестоимости) может консолидироваться в ценах на продукцию производственно-технического назначения, а также в оптовых ценах предприятий лёгкой и пищевой промышленности. Прибыль промышленных предприятий в условиях грамотно построенного социалистического рынка "автоматически" не поддаётся наращиванию путём вздувания цен, ибо по своему существу она есть, скорее, своеобразный "зазор" между плановым снижением оптовой цены и (опережающим) снижением себестоимости. Сверхплановая прибыль при этом может, по нашему мнению, практически целиком передаваться в распоряжение трудового коллектива и составлять дополнительный "локальный" канал материального стимулирования. Средства локальных фондов материального стимулирования целесообразно было бы распределять между трудящимися в зависимости от места, занятого в социалистическом соревновании, согласно известным предложениям экономистов – теоретиков ОФТ.

Установка на неуклонное снижение оптовых цен действует здесь как сознательно воссоздаваемый системный аналог понижательной тенденции нормы прибыли при капитализме. Она объективно выполняет ту же роль, т.е. заставляет производителя сокращать свои издержки через внедрение достижений научно-технического прогресса.

 

НАИБОЛЕЕ ОТЧЁТЛИВЫМ приближением к вышеописанной конструкции явилась в истории советской экономики так называемая "двухмасштабная си-стема цен", выработанная на протяжении конца 30-х – первой половины 50-х годов и в особенности активно функционировавшая в послевоенный период. Тогда же рядом наших экономистов она была совершенно правильно охарактеризована как  социалистическая модификация стоимости, т.е. структура товарно-денежных отношений, объективно адекватная социалистической общественной собственности на средства производства. Благодаря действию быстро складывавшейся СМС мы смогли одержать экономическую победу в Великой Отечественной войне и свершить (ныне недобросовестно замалчиваемое) послевоенное "русское чудо", когда менее чем за три года удалось ликвидировать карточную систему, за пятилетку – полностью восстановить тяжко разрушенное народное хозяйство и уверенно двинуться вперёд, сохраняя "двузначные" темпы экономического роста и положительную, здоровую динамику показателей эффективности (производительности труда, материалоёмкости, фондоотдачи).

В 1947–1954гг. производились крупные ежегодные снижения опорных розничных цен, в результате чего их общий уровень за этот период упал практически вдвое,– естественно, с соответствующим повышением уровня реальных доходов населения.

С началом стабильного функционирования СМС можно было говорить о построении в СССР экономического фундамента социализма. Однако, уже со второй половины 50-х годов развернулись упорные атаки на социалистическую модификацию стоимости (иными словами, на адекватную социализму организацию рыночных отношений), а в 1965–1967гг. она вообще оказалась подменена типично капиталистическим принципом прибылеобразования пропорционально стоимости производственных основных фондов и материальных оборотных средств.

Таким образом, в течение целой четверти века (по крайней мере) социалистическая форма собственности на средства производства искусственно сопряжена с чуждой ей, безнадёжно для нас устарелой капиталистической "фондовой" модификацией отношения стоимости. Неудивительно, что этот противоестественный симбиоз вылился в столь плачевные результаты. Одновременно с этой точки зрения хорошо видно, что не социализм как таковой привёл нас к застою и затяжному кризису, а продолжавшаяся около трёх десятилетий политика отступлений от социализма, насилия над ним и выхолащивания его экономической сути.

Восстановление   подлинного  "социалистического рынка", социалистической "трудовой" модификации товарно-денежных отношений – это сегодня единственно реалистичный шанс вызволить страну из захлёстывающей её экономической и социально-политической катастрофы. Выдвижение концепции "социалистического рынка" рушит "на корню" аргументы идеологов "ускорения радикальной реформы", ибо наглядно демонстрирует всю глубину теоретической безграмотности, на которой основывается навязываемый ими "курс". "Лакмусовой бумажкой" тут служит простой вопрос: на какой именно рынок нас зовут? И выясняется,– апологеты безрассудной "радикализации" вообще понятия не имеют, что может существовать какой-то иной рынок, помимо капиталистического. Но столь скудные познания, это негодная теоретическая база для экспериментов, затрагивающих интересы и жизненный уровень практически всего населения страны, да к тому же для подавляющего большинства– в направлении безусловного ухудшения их положения. Подобному авантюризму должен быть поставлен решительный заслон, и требуемое для этого идейно-теоретическое оружие у нас есть. Надо пускать его в ход. Счёт идёт буквально на дни и часы, времени для дальнейших академических препирательств попросту и окончательно не осталось.

Мы обращаемся к съезду с призывов поддержать наши предложения как идейный противовес новому и беспрецедентному по возможным своим последствиям "рыночному" натиску на теорию и практику социализма.

 

Кроме Т.Хабаровой, документ подписали:

Е.САРАТОВСКИХ (г. Черноголовка, МО);

Г.СЫРОМЯТНИКОВ (г. Верхняя Пышма, Свердловской обл.).